— Можно, — спросил он, — ещё мне немножко? — Можно. — Он ложку опять погрузил, Съел, потоптался и снова спросил… А через час та старушка на рынке В крынку пустую роняла слезинки…
Дед насадил на крючок червяка, Щуку поймал, а потом судака. Деда внучонок спросил осторожно: — А без наживки рыбачить мне можно? — Можно! — ответил уверенно дед. Дед был с уловом, А внук его — нет.

Лида дивится таким чудесам, Лида не верит ушам и глазам. Ходят несчастные люди повсюду, Плачут и бьют, рассердившись, посуду. Тот весь запачкан, а этот — разут, А почему, отчего — не поймут.
Головы старцы седые ломают, Думают, спорят, мудрят, вспоминают. Целых сто дней их продлился совет, А результата от этого нет. И совещаются снова и снова: Как бы припомнить забытое слово? Самый учёный из них произнёс: — Я задаю наводящий вопрос: Кто лучше всех арифметику знает? — Я, — математик один отвечает. — Можно ли восемь на два умножать, Чтоб получилось сто семьдесят пять? Тот призадумался (Очень уж сложно) И говорит неуверенно: — М-м-можно! Старший нахмурился и произнёс: — Слушай, ботаник, второй мой вопрос: Можно ль увидеть на ветках берёзы Дыни, редиску, бананы и розы? Мнётся ботаник, уставился в зал — Кто бы из зала ему подсказал? Зал ожидает ответа тревожно.